Достопримечательности

073.jpg

Счетчики



Партнеры

Moretourov Питание при токсикозе и отеках - читать на сайте http://good-grand.com

Ботсвана или животный рай. Продолжение

октябрь 2007

День шестой

Наступило время ланча (полдника), все потянулись к открытой веранде (ужин проходит на закрытой). Причем, под всеми я подразумеваю не только людей, вся окрестная живность тоже подтягивается в надежде получить свой кусок пирога (в буквальном смысле). Здесь и знакомые нам Hornbillы и какие-то птицы иссиня-черного цвета и несколько белок, дерущихся за место под солнцем, и несколько крупных попугаев под названием грей лори. Персонал их немного подкармливает, чтобы туристам было интереснее. Попугаи и Hornbillы берут пищу прямо с рук, хотя и с опаской, а белки норовят стянуть что-нибудь самостоятельно. Хозяин относится к этому спокойно, рассказывает, что в предыдущем месте к ним приходили мартышки, и это была настоящая война, причем заранее проигранная. Человек расслабляется, отвлекается, и этим всегда пользуются мартышки (а стрелять то их нельзя), поэтому битва всегда проигрывается.



Наши рейнджеры едят с нами, поэтому никто никого не ждет, все заканчивают одновременно. Все выходят на посадку, как вдруг мы видим маленького крокодильчика, терпеливо поджидающего - вдруг кто упадет? Но никто не падает, и он разочарованно уплывает восвояси. 

Мы грузимся в лодки, куда гиды заботливо уже погрузили продукты и напитки, и выплываем. Вначале идем по довольно узкой протоке, затем она расширяется и вот они – просторы Окаванго. Перед нами огромная водная гладь, лодки рассредотачиваются и расходятся в разные стороны. Осматриваемся и видим, что мы не одни. За нами ведется пристальное скрытое наблюдение. Это две небольших и очень любопытных выдры, которые настолько быстро и непредсказуемо перемещаются, что сфотографировать их не удается не только мне, но даже Полу, с его огромным телевиком. В бесконечно голубом небе (с погодой во время всей поездки повезло) реет орел-рыболов, высматривая себе что-нибудь на полдник (мы-то поели, а он чем хуже?). Заходим в еще одно протоку, и через пять минут перед нами вырастают огромные, невообразимой красоты белые лилии. Останавливаемся так, чтобы было удобно фотографировать и делаем несколько отличных снимков. Надо сказать , что Окаванго в этот период представляет собой череду каналов, перетекающих в пространства открытой воды и наоборот, как в этом хитросплетении ориентируются гиды – большая загадка. Каналы разделяются зарослями камыша, осоки и какой-то еще травы. Кое-где виднеются островки суши, но подплыть не представляется возможным из-за очень большой заболоченности и обилия подводных водорослей. Как только мы подходим близко, на винт наматывается столько водорослей, что гиду приходится то и дело снимать их длинной палкой и давать винту обратный ход. Птиц относительно немного – их сезон приходит с разливом в ноябре-марте. Но кое-какие птицы все-таки есть – вот баклан смешно садится прямо на большой куст, вот пестрый зимородок замер на ветке, прицеливаясь для точного броска. 

Затем наступает очередь чуда: маленькая птичка свободно ходит по воде (сразу вспоминается Андрей Миронов в фильме "Брильянтовая рука"). Осторожно подплываем… и приходит прозаическая разгадка – птичка под названием якана ходит по полузатопленным водорослям, так быстро перебирая лапками, что не успевает погружаться в воду. Наконец, наступает время еще одной экскурсии – встречи с таинственной карликовой древесной лягушкой. Для этого нас высаживают на большой остров, где мы снова подкрепляемся, чем Бог послал (прямо Турция какая-то). Одновременно прибывает группа новых проводников, они начинают готовить к путешествию лодки типа пироги – выплескивают воду, протирают изнутри тряпками. Я смотрю на это с большим подозрением, не думают ли они, что я поплыву на этом утлом суденышке по бурному морю (извините, увлекся). Для того, чтобы всем стало ясно о чем речь, рассказываю устройство сего агрегата. Когда-то в доисторические времена это была лодка-долбленка, сделанная из цельного бревна. Сейчас же, конечно пирога изготовлена из пластмассы (я не удивлюсь, если в Китае), но она такая же узкая и "стремная" для моей комплекции (я конечно не толстый, но и не худой, запас белков и углеводов всегда пригодится, мало ли что). 

Ну вот, проводники-убийцы кладут в лодку сиденья (прямо на дно) и предлагают жестами нашим англичанам–самоубийцам проследовать туда, что эти наивные жертвы политкорректности и делают. Огромный негр отталкивает пирогу от берега, прыгает в нее едва не перевернув, и ловко орудуя шестом увозит наших англичан прочь (а мы ведь даже не попрощались). При этом пенсионеры выглядят абсолютно счастливыми, видно не знают, что каннибализм в Африке изжит не до конца (шутка). Не успел я мысленно проститься со своими невольными попутчиками, как второй "людоед" знаками показывает, что и наше время пришло. Прикидываюсь человеком не знающим языка жестов, но не тут то было, моя дражайшая половина берется мне растолковать в чем дело (вот так бы за столом на ужине). Обреченно плетусь к пироге в робкой надежде, что им не удастся столкнуть ее в воду вместе с нами, но все наши гиды (добрые самаритяне) с кровожадным удовольствием помогают отправить нас в последний путь. Сижу не шевелясь ибо вероятность перевернуться очень высока, лодка скользит по воде с противным шуршанием, так как мы плывем по мелководью (хоть не утонем). Кругом растет осока или еще какая болотная трава, приходится то и дело прикрываться руками. Громко интересуюсь, что мы здесь ищем, слышу в ответ: "маленьких лягушек". Честно говоря, я и больших-то не очень… перевариваю, а уж маленьких тем более. Местность все больше напоминает болото, кругом жижа, пахнет не очень и мошкары много (до этого ее не было). Где же эти лягушки? Оказывается лягушки размером 1-3 см, и их так просто не увидишь. Приглядываюсь и нахожу несколько маленьких наростов на травинках - это и есть искомые создания. Рядом еще не съеденные англичане выражают бурный восторг, оказывается у них спор, кто больше лягушек съест (в смысле увидит, не французы же). Лидирует Пол, и потом за ужином (с моей подачи) ему устроят овацию, как самому зоркому, и он будет абсолютно счастлив (как мало надо людям, избалованным цивилизацией). Наконец экскурсия-пытка подходит к концу, и я с облегчением ступаю на твердую землю. Пора возвращаться на большую землю, так как солнце уже опять клонится к закату. 

Садимся в лодки и плывем в кемп, по дороге наши гиды решают устроить небольшие гонки. Судна расходятся веером и пропадают из глаз, мчимся по узкой протоке, не видя где соперники. Как вдруг выскакиваем прямо недалеко от кемпа, рядом несется лодка противников, делает крутой вираж, обходит нас и причаливает к берегу. Оглушительный проигрыш (хорошо, хоть живы остались). Идем готовиться к ужину. На ужине ничего особо интересного за исключением чествования Пола, искренне радуемся за него (все-таки человек избежал съедения, хотя и сам не понял этого). Ну, а теперь спать и готовиться к перелету в Калахари, где нас ждут новые приключения (Африка FOREVER).

 

День седьмой

Встаем не спеша, завтракаем. Народу мало, кто-то уже уехал на сафари, кто-то еще не приехал, но наши англичане здесь, им тоже сегодня уезжать. Только они едут в Чобе, а мы в Калахари. Но самое смешное, что они едут в "наш Мученья Лодж" (бывают же такие совпадения). С удовольствием консультируем их по лоджу, рекомендуем им "нашего" Замбо, фотографируемся и прощаемся с ними, так как они уезжают раньше. Но вот наступает время и нашего отъезда, садимся в машину и едем к взлетной полосе. 

И тут при виде самолета наступает легкое недоумение. На полосе стоит игрушечный самолетик, вокруг него ходит какой-то мальчик в шортах, и что-то озабоченно поправляет. Наш гид бодро говорит: "вот ваш самолет, а это ваш пилот". Ну, думаю, вчера не добили, так сегодня хотите? Прошу Ингу выяснить у пилота сколько ему лет, она наотрез отказывается под предлогом, что неудобно. Уточняю: "лететь с этим мальчиком удобно, а узнать, сколько ему лет неудобно?" После этого она, вздохнув, идет наводить справки. Возвращается и говорит, что пилоту 24 года (выглядит на 18, для пилота это скорее минус, чем плюс). Мальчик подходит и с детской улыбкой предлагает донести наши вещи до самолета, я его спрашиваю, хорошо ли он помнит дорогу (указателей-то в воздухе нет). Бодро отвечает, что летал туда много раз (в детском саду начинал что ли), вздыхаю, вспоминаю свою любимую поговорку: "кому суждено быть повешенным, тот не утонет", и обреченно иду к самолетику. 

Грузим вещи куда-то в хвост, проталкиваемся в кабину, усаживаемся, садится пилот-мальчик и начинает выруливать на взлет, смотрю, а свою дверь он не закрыл. Увидев мой недоуменный взгляд, он пояснил что жарко, закроет, как только взлетим (и правда не забыл). Про этот самолетик надо рассказать отдельно. Это Сесна-208 (хотя за цифры не ручаюсь), очень надежный одномоторный самолет, каких в мире полно, летают по всему миру там, где большим нельзя. В кабине у него два ряда сидений, на первом ряду сидят два пилота – первый и второй, задний ряд – для пассажиров. Причем органы управления дублированы на двух передних креслах, то есть если первый пилот работает своими ручками (в смысле органами, то есть я хотел сказать органами управления), то второй все это чувствует (только второго пилота-то нет). Ощущения от полета на этом самолетике как езда на автомобиле только по воздуху, сильным порывом ветра его тоже сносит, и пилот выравнивает курс, трясет его на воздушных ямах так же, как и автомобиль на ухабах. 

Ладно, вроде все в порядке, летим на уровне облаков, благо их не много. Внизу хорошо видно крупных животных типа слонов, жирафов и носорогов (мангустов и варанов, к сожалению нет). Впереди показывается крупный аэродром, это оказывается Маун, вдруг, наш водитель начинает резкий поворот вправо, самолет накреняется, ощущения не очень. Ну, думаю, заблудился все-таки, раз так резко меняем направление, но самолет делает круг и возвращается на прежний курс. Видя наше недоумение, летчик пояснил, что с аэродрома в это время поднимался другой самолет, и ему пришлось сделать круг, чтобы воздушной волной от нашего не нанести ущерб поднимающемуся судну (растут же такие молодцы в англицкой стране). Да, забыл упомянуть, что мальчик-то был британец. Вид внизу начинает меняться, водная гладь уступает место все более пустынному пейзажу, с редкими, разбросанными то тут, то там островками низких деревьев и кустарников. 

Долетаем без происшествий и даже садимся нормально, нас уже ждет встречающий рейнджер, абсолютно белый, хотя и загорелый. Сердечно прощаемся с мальчиком (хотел даже поцеловать, но подумал супруга не правильно поймет), садимся в джип, ждем когда самолет взлетит обратно (так делают на всех небольших взлетных полосах, а вдруг что случится, ведь кругом ни души) и едем в лодж под названием Deception Valley Lodge. По дороге водитель рассказывает обо всем увиденном и попутно расспрашивает, откуда мы и где были. 

Приезжаем и видим, что весь персонал белый: и рейнджеры, и управляющая, которая нас и встречает прямо на крыльце. Хотя потом видели и чернокожих, они горничные, повар и по уборке территории. Но весь сервис делается так ненавязчиво в хорошем смысле этого слова, что его почти не замечаешь. Тот же самый гид-рейнджер провожает нас к домику по деревянному настилу, который соединяет все домики с блоком ресторана, рецепции и проч. На вопрос для чего это поясняет, что для того, чтобы не встретиться с какими-нибудь змеями и скорпионами (хотя мы их ни разу не увидели). По правилам туристы должны ходить только по этим дорожкам, дальше: "at your own risk" (на свой риск). Весь белый персонал из ЮАР, хорошо друг друга знает и давно вместе работает. 

Заселяемся в домик, гид показывает большого паука, висящего где-то под потолком, и просит его не бояться и не обижать. Мы торжественно клянемся, и он успокоенный уходит. О домике надо рассказать отдельно. Его крыша не плотно касается стен, и происходит естественное проветривание, хотя три вентилятора под потолком присутствуют. В ванной присутствует сама ванна, умывальник и еще есть примыкающая душевая, она находится снаружи и огорожена частоколом кольев. Душевая расположена так, что ее легко видно с деревянных настилов, а поскольку колышки не плотно примыкают друг к другу, то сами понимаете, хотя надо сказать само омовение под открытым небом очень приятно. Теперь об умывальнике, у него два крана, один для горячей, другой для холодной воды и… между ними нет смесителя (я бы удивился, если бы не встречал такое уже в ЮАР). В этом лодже вода подогревается с помощью газа (и сюда наш газпром достал). Гид включил нам фитилек в горелке и мы забыли об этом. 

Выходим немного размяться перед полдником, видим во множестве следы мелких кошачьих, навстречу идет мужчина с ребенком, который оказывается хозяином этого лоджа. Причем идет не по дорожке (у них тоже кто пишет правила, тот их не соблюдает), здоровается, и мы спрашиваем, что это за следы здесь во множестве. Он мило так отвечает, дескать, львица с львятами приходила прошлой ночью, они здесь часто бывают. Здорово думаем, тихое местечко. Идем на полдник, там нас знакомят с группой немецких туристов, их четыре человека и с ними еще переводчик (это единственное, что немного омрачило поездку, но об этом позже). Затем у нас пешее сафари по пустыне (хотя в этой части Калахари на пустыню не похожа). 

Характерный пейзаж – песчаная местность, поросшая травой и низким кустарником с редкими невысокими деревьями из семейства акаций. Садимся в джип, в данном случае это Land Cruiser (в остальных местах были Land Rover ы). Впереди с водителем садится переводчик, остается еще три ряда сидений, мы садимся впереди, сзади садятся немцы. Отличие этих машин еще и в том, что впереди на капоте размещается сиденье и его занимает маленький смуглый человечек в защитном хаки. Это оказывается бушмен – коренной житель Калахари и экскурсия посвящена показу жизни бушменов Калахари. 

Едем немного, минут пятнадцать, останавливаемся, выходим. Два бушмена – маленький постарше и молодой покрупнее - уходят куда-то в буш переодеваться. Появляются они в чем мать родила (то есть в набедренных повязках), видно что сами стесняются своего вида (вот что делает цивилизация с детьми природы). Старший начинает рассказывать что-то и нас поражает его речь, в основном это причмокивающие и булькающие звуки, не похожие ни на что-либо слышанное ранее. Переводит водитель-гид, молодой парень по имени Доу, причем, если надо переспросить что-то, то обращается он к бушмену очень почтительно. Абориген показывает нам самодельный лук и какой-то толстый кусок дерева, оказывающийся пустотелым. Внутри него хранятся отравленные стрелы, и бушмен предлагает нам пострелять. Молодой немец хватает стрелу, нечаянно задевает наконечник и падает замертво (шутка). Пробуют стрелять почему-то немки, получается у них плохо, одна чуть не попала Доу в глаз (это уже не шутка) и он старается держаться от них подальше. Затем покидаем стрельбище и углубляемся в буш. 

Старший подводит нас к норе и говорит что в ней мог бы быть дикобраз или кабан и показывает как бы он караулил его у входа. Так проходят томительные два часа (снова шутка) и мы идем дальше. Я иду прямо за ним и удивляюсь, как у него растут волосы на голове – какими-то кустиками. Встает вопрос, а как бушмены добывали воду в столь засушливой области (ведь джипа с провизией и водой у них-то раньше не было). Маленький бушмен начинает искать и… вдруг находит еле заметный росток, торчащий из земли (конечно понятно, что все припасено заранее), выкапывает его и нам предстает корнеплод, напоминающий большую редьку. Затем к делу приступает молодой, он скоблит редьку первобытным ножом, берет полученную кашицу в руку и выдавливает себе в рот (мы облизываемся, джип с водой уже далеко). Потом он скоблит еще и предлагает попробовать нам, все потупляют взоры, и тут я чувствую движение за спиной, поздно, героиня нашлась. Отважная русская женщина, презрев все свои обязательства в отношении третьих лиц, гордо шагает в круг. Этот молодец тут же сует ей в руку заветную кашицу и объясняет, как привести приговор в исполнение. Мои героические попытки сбегать к джипу за водой, решительно отвергаются, и несчастная выдавливает сок растения себе в рот. Все немцы хлопают в ладоши, думая, что со мной одним будет легче справиться, но моя любимая, превознемогая нестерпимую боль в животе, возвращается в строй (знай наших). Сок оказался водянистым, горьковатым и, что особенно важно, безопасным. 

Следующим номером программы является показ ловушки для птиц типа цесарок, коих здесь во множестве. Она представляет собой веточки, воткнутые в песок по кругу, вокруг натягивается веревка, конец которой привязывается к согнутой ветке куста неподалеку. В середину кладется приманка и коварное устройство готово к применению. Глупая птица сует шею в петлю, задевает палочки, ветка разгибается и бедная цесарка повисает на кусте, жестоко, но эффективно (теперь я не умру с голоду в буше). Ну и, чтобы окончательно нас добить, бушмены добывают огонь трением прямо на наших глазах. Пока младший собирает сухие траву, старший находит две палочки, в середине одной делает ножом углубление и чуть заостряет другую, чтобы она точно вошла в углубление. Затем крошит в углубление пальцами сухие травинки, вставляет туда вторую палочку и быстро трет ее между ладонями, потом передает молодому, тот повторяет процедуру и, вот показывается легкий дымок, тлеющие угольки кладут на приготовленный пучок сухой травы, осторожно раздувают, и показывается первый робкий язычок пламени, ну, а дальше уже дело. техники. Понимаю, что уже и не замерзну в буше (вот и преждевременно). Предлагают попробывать и нам, я предусмотрительно не только сам не учавствую, но и успеваю удержать на сей раз героическую женщину, стоящую рядом. А две наивные немки, с упорством достойным лучшего применения трут палочки до посинения (в буквальном смысле этого слова) рук. И только после того, как кожа лохмотьями слезает с их ладоней, они успокаиваются. 

Следующим номером программы оказывается национальный танец в стиле антилопы орикса. Молодой бушмен с помощью опытного одевает наряд и показывает нам незамысловатый танец. Наконец вся программа исчерпана и как всегда нам предлагают подкрепиться чем Бог послал, что мы и делаем с большим удовольствием. Во время перекуса скромные дети природы уходят переодется и мы готовы к переезду в лодж. Дорогой Инга расспрашивает гида о современной жизни бушменов и выясняются интересные подробности. Поскольку бушмены жили в национальном парке Калахари, то им запретили охотиться, и переселили их насильно в города и поселки. Потом опомнились, что исчезла львиная доля привлекательности тех же самых парков и попытались снова восстановить статус-кво, да не тут-то было. Аборигены привыкли к хорошему и не в какую не захотели возвращаться к первобытной жизни. Несколько стариков вернулись, а молодежь нет, вообщем получилось все как у нас: хотели как лучше, а получилось как всегда. Но во всех лоджах и кемпах их с удовольствием используют в качестве следопытов, уж это они умеют делать превосходно. Им удается отыскивать такие следы, какие нам даже не видны, причем бушмен может сказать не только кто прошел, но и когда, куда направлялся и еще предположить зачем. Мы смогли в этом убедиться уже на следующий день. Вот я вас и заинтриговал!

А сейчас мы приехали в лодж и идем готовиться к ужину. Надо сказать, что ужин проходит не совсем обычно, а на открытом воздухе. Для нас накрыты столы возле разведенного костра, невдалеке от аппетитно пахнущих мангалов, где несколько служащих жарят что-то немыслимо вкусно пахнущее. Тут же наливают апперитивы, все подсаживаются к костру, смотрят на огонь, на черное африканское небо с мириадами звезд, и такое блаженство охватывает, что вся цивилизованная суета меркнет перед этим вечерним созерцанием. Но вот неподалеку мелькают какие-то тени, настораживаемся (а вдалеке слышался рев льва), но рейнджер успокаивает, дает в руку припасенный бинокль и предлагает посмотреть кто нарушил нашу вечернюю идиллию. Оказывается, это самка дикобраза привела двух своих малышей подкрепиться перед сном. И они aппетитно чавкают, поедая остатки овощей и фруктов, которые им положили неподалеку. 

Звучит приглашение к столу и все занимают свои места. Стол возглавляет чета хозяев с двумя детьми. Они предлагают приступить к ужину и никто не может им отказать (не правда ли странно). Шеф-повар разносит свой "комплимент", все пробуют, восторгаются и теперь можно походить к столам самообслуживания и набирать всякой снеди. Затем идем к самому главному - к мангалам, источающим убийственно пахнущий аромат. Помимо традиционных свинины и говядины предлагается деликатес - жаркое из куду и сосиски из куду, антилопы во множестве бродящей вокруг. Такого вкусного мяса я в жизни не пробовал, возможно сыграл роль и весь тот колорит, которого было в изобилии, не знаю, возможно что и так, только мы еще до сих пор вспоминаем вкус тех сосисок. Наконец ужин закончен и мы под охраной рейнджера идем в номер отдыхать и готовиться к завтрашнему утреннему сафари, и бездонное африканское небо провожает нас и говорит "спокойной ночи".